Немного об Одессе.

 
Ах, Одесса! Нет в мире другого такого города. Ни один город во всём мире не похож на Одессу, и она, наша Одесса не похожа ни на какой город. Ибо в ней есть лучшее от многих городов.
В Одессе Вы найдёте портовый шик Марселя, деловитость Нью-Йорка, шумные базары Стамбула, красоту дворцов С-т.Петербурга и умиротворяющую прелесть переулков московского Старого Арбата. И при всём при этом в Одессе есть оперный театр, который соперничает с театрами Милана, Вены и Парижа.
А где Вы увидите такую Потёмкинскую лестницу? И в каком городе Вы найдёте такой колорит, как в нашей Молдаванке?
Нет, Вы только вслушайтесь в эти названия: Аркадия, Пересыпь, Ланжерон, Большой Фонтан, Ближние Мельницы, Лузановка! Какая поэзия! Это же готовая поэма! Не надо рифмы! Да что там поэма – это же опера! Моцарт и Верди многое потеряли, не побывав в Одессе.
А какие люди прославились, благодаря нашей Одессе! Вы же их всех знаете: Пушкин и Бабель, Багрицкий и Инбер, Утёсов и Жванецкий. Да что я Вам говорю? Это же Одесса и одесситы.
Ах, Одесса! Счастлив тот, кто имел счастье родиться и жить в этом городе. Ну, конечно, не каждому так повезло, как нам с Вами. Потому что одесситы – это не просто жители одного города, это и не нация. Одесситы – это особая порода людей, пропахших морем и впитавших с молоком матери особый поэтический аромат воздуха нашего города. Ну, а что такое одесский юмор - так это такая вещь, о которой нельзя просто писать. Одесский юмор нужно слушать, чувствовать, впитывать в себя как воздух, как нектар. Одесский юмор - это живительная, благодатная смесь юмора русского, украинского и, конечно же, еврейского.
Вы можете представить себе одессита без чувства юмора? Я - нет! Потому что одессит без чувства юмора - это всё равно, что музыкант без слуха
И зачем удивляться, что именно Одесса всегда и даже сейчас ещё говорит на русско-украинском диалекте с явным еврейским акцентом. Это же известно всем. Не будем выяснять – хорошо это или плохо, но это так, и это замечательно. Но при этом возникают некоторые вопросы. Когда говорят о чём-то сами евреи, или когда говорят неевреи о нас, всегда возникают вопросы. Вот и по поводу того, что Одесса говорит с еврейским акцентом и даже употребляет значительное количество слов из идиш, тоже есть вопросы. Когда появились в Одессе евреи и какими они были?
Так вот, да будет Вам известно, что евреи были среди первых жителей Одессы, и на старом еврейском кладбище стоял памятник «мужу честному и праведному, рабби Меиру», который умер в 1793 году, то есть за год до того, как завоёванную крепость Хаджибей переименовали в Одессу.
И был основан город-порт, и поселились в нём разные люди: русские, украинцы, греки, поляки, армяне, даже итальянцы. И в 1795 году среди 1350 жителей города насчитали 246 евреев. И не трудно посчитать, что количество евреев в Одессе на тот момент составляло уже немногим более 17%.
Как Вы думаете, с чего начали евреи на новом месте? Они начали именно с того, с чего должны были начать евреи. Они учредили погребальное братство и общество попечения для больных (а как же иначе?). Затем евреи построили больницу (она и сейчас называется еврейской) и синагогу на Еврейской (ещё бы!) улице. Сегодняшние евреи, к сожалению, на новом месте далеко не всегда начинают с этого.
Был такой еврейский писатель Осип Рабинович (редкая фамилия). Так про Одессу тех времён он писал:
«Много евреев стекалось в Одессу из Малороссии, Литвы, Подолии, Волыни, Царства Польского; бывали также евреи из Англии, Италии и других стран Европы… Увидев себя на просторе в этом новом Эльдорадо, наши единоверцы предавались большим эксцентричностям, как в костюме, так и в образе жизни. Иными господами, скромными и бережливыми у себя дома, по прибытии в Одессу овладевал угар от пикников и венгерского, карт и турецкого табака, лошадей и оперных героинь…»
И Вы тут же подумали, что первые евреи Одессы только и делали, что пили венгерское вино, играли в карты, курили табак и развлекались с оперными девицами. Но если бы они только гуляли и безобразничали, то что это были за евреи?
И вот как описывал еврейскую жизнь в Одессе очевидец тех времён:
«Разные ремёсла и промыслы процветают также у евреев в Одессе. Всякий порядочный ремесленник ведёт здесь счастливую, беззаботную жизнь… Умилительную картину представляют эти подёнщики, обыкновенно люди пожилые, когда они тяжкий труд свой услаждают стихами из Святого Писания и изречениями из Талмуда… Другие занимаются в каменоломнях вокруг города, и нет ни одного публичного здания, ни одной церкви, для которой евреи не доставляли бы камни.»
Вот так вот жили первые евреи в Одессе.
А ещё они с большим успехом занимались торговлей пшеницей. Со временем они стали соперничать с греками на международных рынках, и это, разумеется, не прошло им даром.
Да не очень огорчатся современные одесситы-евреи и не очень возмутятся одесситы-неевреи, но первый еврейский погром в России произошёл таки в нашей Одессе.
И как во всех почти погромах, так и в этом поводом послужили события не в Одессе, а в совсем даже в далёком от Одессы Стамбуле.
В апреле 1821 года, в день православной Пасхи толпа турок ворвалась в Стамбуле в церковь, выволокла оттуда греческого патриарха Григория и повесила его на входных дверях. Затем турки разрушили многие церкви и стали убивать греков. Беглецы-греки из Стамбула, добравшись до Одессы, стали рассказывать, что, будто бы, и евреи участвовали в тех безобразиях и насилиях и даже издевались над трупом Григория. В Одессу привезли тело несчастного патриарха для погребения, и после его похорон, 19 июня 1821 года толпа кинулась избивать евреев, грабить имущество и громить дома.
Но не зря же все евреи знают, кем была для нашего народа библейская Эстер, и вообще на что способны еврейские женщины. У евреев Одессы сохранилось воспоминание об одной женщине по имени Бейля или, как называли её ласкательно, Бейлечка. Так вот, рассказывали, что когда начался погром, и еврейские мужчины, вместо того, чтобы организовать самооборону, молились Господу нашему, она тут же побежала к городскому начальству и умолила его защитить избиваемых. Что она говорила и как убеждала власть предержавших – это неизвестно. Был отдан приказ, и порядок быстро восстановили.
Современники Бейлечки говорили ещё и о том, что она вообще-то говорила по-русски не слишком хорошо, вставляла много слов из идиш и иврита и украшала речь свою шутками.
Говорили также очевидцы, что сама Бейлечка и её речь в защиту евреев так понравились городскому начальству, что оно не только запомнило и повторяло её «словечки», но даже подражало ей в интонациях и в произношении некоторых слов. В дальнейшем Бейлечку иногда приглашали к себе высшие городские чиновники, чтобы послушать как она говорит по-русски. А может быть её приглашали не только для этого. Вот так и пошла гулять по Одессе русско-украинская речь с Бейлечкиным еврейским акцентом.
Так оно всё было, или не совсем так, или Бейлечка здесь не при чём – это уже установить невозможно, да оно и не столь важно.